Вернуться на главную
В начало раздела
Другие отчеты

Наша «Х»педиция* или Окно в Монголию.

MONGOLIYA
        * - потому что “Х”, это символ неизвестности, тайны
а неизвестная дорога это - eXpedition

Гонки по вертикали.
Два месяца до отлета.
  Чтобы попасть в Монголию необходимо иметь загранпаспорт, действительный на срок не менее полугода. Когда я узнала, что точно еду в Монголию, по известному всем закону, оказалось, что срок моего паспорта истек. Передо мной встала задача максимум - за короткое время сделать новый. Надежду внушало то, что начальником паспортного стола была моя бывшая одноклассница. Еще одно отягчающее обстоятельство -  это  фотография на паспорт (отдельная история, но у всех в одном очень похожая). Тем временем, наш организатор и вдохновитель – Чак, зарезервировал и выкупил авиабилеты на всю группу, по самым низким в природе тарифам. Отступать назад было некуда. Через месяц ожидания я поняла, что моя поездка может и не состояться, и начала предпринимать активные и не к чему не приводящие действия.
  Еще через месяц я знала всех сотрудников ОВИРа, их привычки и график работы, количество загран- паспортов, выданных в день и прочее. Я прочувствовала на себе и поняла, что такое не «судьба». Как только я смирилась с действительностью, раздался долгожданный звонок. Мой паспорт готов, но получить его можно строго в определенный час, за несколько деньков до нашего отлета. Так мне удалось преодолеть главное препятствие (как я тогда думала) на моем пути - непробиваемый ОВИР.
  Всего за 4 дня до нашего вылета, я стала счастливым обладателем загранпаспорта, а монгольскую визу без каких-либо проблем  получила за 2-а дня до отлета. На этом, моя бешеная гонка должна была закончиться…
 
1 августа.
  День отъезда.
  Рейс «Москва-Иркутск» назначен на 18-30, поэтому рабочий день я плодотворно провела в офисе. Встретившись с Натахой, мы вдруг, решили добираться до аэропорта «Домодедово» на машине, а не на электричке, как остальные, более здравомыслящие 13 человек, из нашей группы. Пробыв на работе до упора, ближе ко 2-ой половине дня, наконец, я поняла, что нужно срочно стартовать в сторону аэропорта.
  Проехав половину МКАД с Севера на Юг, мы даже не обнаружили пробок. По тому же самому закону, если нет пробок, значит, ЧТО-ТО, здесь не так. И что есть, это «ЧТО-ТО», мы вскоре узнали. Выяснилось, что сидящий за рулем Иван, «не совсем помнит» дорогу в «Домодедово». Еще полчаса драгоценного времени ушло на то, чтобы понять, что мы заблудились! Мы носились взад-вперед по неизвестной трассе, без единого указателя, в поисках людей. Полчаса до окончания регистрации – мы в неизвестной деревне, кукуевской местности, где-то между Москвой и Домодедово. До окончания регистрации оставалось все меньше, и меньше времени. Перспективы многообещающие. В голове крутились запомнившиеся кадры из фильмов с похожими обстоятельствами, например,  мы едем по взлетной полосе на трапе, вслед за разгоняющимся самолетом…
  Опуская подробности, мы все же, добрались до аэропорта менее чем за час до вылета. Чтобы еще быстрее бежать, было решено оставить вещи в машине. Двумя прыжками, преодолев толпу людей на входе в здание аэровокзала, мы ворвались в зал регистрации с намерением прорваться в самолет любыми способами. За горой вещей (из рюкзаков, тюков и палаток), возникшей на нашем пути, мы обнаружили нашу группу. Тем временем, наши рюкзаки катались в машине, которая, не сбавляя скорости, наворачивала круги перед аэропортом, подыскивая несуществующую в тех местах, парковку. При себе у нас были только паспорта и билеты. В то время как, НАШИ ПАСПОРТА стали проходить без нас(!) регистрацию, мы бегали перед аэровокзалом в поисках машины. Проскакав дистанцию кросса за рюкзаками еще раз и вытаскивая, практически на ходу, вещи из машины, мы все-таки успели, и стали вместе со всеми проходить паспортный, таможенный контроль и контроль безопасности.
  На очередном блок посту, я услышала фразу: «Бизнес-класс у нас проходит вооо-он там». Не обращая внимания на пустые для меня слова, я снова предприняла попытку честно пройти по посадочному талону через кордон. Над самым ухом, я вновь  отчетливо услышала ту же фразу. Подняв глаза, я поняла, что обращаются ко мне. «Вы ЯВНО, что-то путаете!», - утверждала я серьезной тетке в военной форме, представ перед ней, в сильно разодранных джинсах. Она, окинув меня взглядом, еще раз назвала мою фамилию и ткнула в билет, где к моему ужасу, действительно был указан «Бизнес-класс». Мои глаза приобрели чудесную квадратную форму. Окружающие тоже сильно удивились, если не сказать больше. Но как удивилась я! Чак (закупавший абсолютно все авиа-билеты), пытался понять ситуацию, вопрошая «ТЫ ЧТО, отдельно от нас купила билеты???» Я отрицательно мотнула головой, уже обдумывая все возможные способы обмена моего «призового билета» (по причине СТРАХА летать самолетами, да к тому же в одиночку).
  Пройдя через отдельный вход на борт, и отыскав свое место за перегородкой в первом салоне, среди излишне деловой публики, я неожиданно встретила там Натаху. Она лишь только в самолете, опытным путем обнаружила, что тоже летит Бизнесс-классом. Немногочисленные пассажиры бизнесс-класса смотрели на нас, как на террористов, просочившихся в запретную зону. Скажите спасибо, что без рюкзаков и тюков.
  Присев отдохнуть, после испытаний дорогой в «Домодедово», мы не заметили, как взлетели. Отдышавшись через пару часов после марафона, я огляделась по сторонам и, наконец, оценила выпавший «счастливый билет». Дальше началась «пытка едой и напитками», в хорошем смысле этого слова. Теперь я точно знаю, чем именно, отличается перелет Бизнес-классом. С мыслью поменяться местами, мы расстались окончательно. Совет – опаздывайте на регистрацию, ваши шансы попасть в Бизнесс-класс резко возрастут. Так мы приобрели имя – «Бизнесс-класс».
 
Дорога в далекую Монголию.
  2 августа. Иркутск 7 утра по-местному, 2 ночи по Москве.
 В связи с разницей во времени, куда-то пропало 5 часов из жизни. Ночи, как будто, не было, но это не ощущалось. Загрузившись в ПАЗик, мы поехали на ЖД вокзал Иркутска, встречать 16-го участника Монгольской Х-педиции - Луи, который в одиночестве путешествовал по России поездом уже целых 4 дня.
  Привокзальный Иркутск не произвел на меня должного впечатления. Сибирь, глубинка России. В коммерческих палатках все то же, московское и клинское пиво, таксисты –  те же жители Кавказа. То, что запомнилось за время пребывания: пока ждали поезд, к нам в автобус залетела птичка. Началась операция по ее спасению. Поймав напуганную птицу, я вынесла ее на свободу. Она уселась на ладони и вовсе не собиралась никуда улетать. Обрадовавшись, мы дружно чистили семечки и запихивали в клюв, насмерть перепуганной птице.
irkutsk  Весь день прошел в дороге в сторону загадочной Монголии, примерно 300 км от Иркутска. Большая часть дороги проходила вдоль русла р. Иркут. Проехав приграничный поселок, с непонятным для русского человека названием - Монды, мы миновали, невиданный доселе указатель «0 км», а самой границы так и не обнаружили. Пейзаж за окном казался настолько диким, что мы всерьез стали подумывать, «а не проскочили ли мы, СЛУЧАЙНО, саму границу?!» Напряженно вглядываясь в мелькающие за окном елки, мы дружно искали что-нибудь, напоминающее государственную границу. Еще, через несколько километров, стали появляться дорожные знаки, ограничивающие скорость.
  Вскарабкавшись на гору, мы добрались до КПП «Россия-Монголия». Горы, тучи, дождь и ветер.
  В неприглядном, деревянном домике на Российской территории было абсолютно все (включая и ксерокс, и компьютер). На границе не было, лишь, электричества (!!!). Оформление документов затянулось на неопределенное время. Россия нас долго не выпускала, мы гуляли по нейтральной территории. Там же узнали, что являемся самой большой туристической группой в истории Монголии – 16 человек. Почувствовав спиной обжигающий взгляд (в районе очередной протертости на моих, сильно-заношенных джинсах), я заметила на смотровой вышке бинокль, небывалых размеров, смотрящий куданадо. Человека за его размерами, видно не было.
  hainakКак только мы очутились на территории Монголии, начались сплошные открытия. Чисто. Все вокруг нам улыбаются. Стенды КПП увешаны официальными бумагами … с русским матом – (такого изощренного, нигде в России не увидеть)! Позже мы узнали, что наши алфавиты похожи, а эти самые слова, переводятся на русский язык, как «правила», «законы», «указы» итп.
  На границе нас встретил Дорджи, который был приглашающей стороной в Монголии и являлся организатором нашей Х-педиции в Дархатскую котловину. Загрузившись в УАЗики, мы ехали по грунтовой дороге на туристическую базу с манящим названием - «Last Frontier». Несмотря на усталость, после долгой дороги и перелета, я с интересом смотрела в окно. Первое впечатление: «Где это мы?». На огромных лиственницах сидят орлы, дорогу то и дело перебегают суслики, а всюду в полях пасутся неведомые зверушки. Я их назвала – «Чуды Природы». Длинная шерсть как у мамонта, морда - не то коровы, не то медведя и большой лохматый хвост.  Вскоре мы узнали, что «Чуды Природы» - Хайныки, это результат скрещивания монгольского яка с монгольской коровой, самим Чингиз-Ханом.
  30 км и мы добрались до базы, расположившейся недалеко от Ханха, на самом берегу высокогорного озера Хубсугул. Хубсугул - расположено на высоте 1645 м над уровнем моря и на 1118 м над уровнем Байкала и по форме напоминает его же. С Байкалом озеро связано реками.
  На базе гостеприимные монголы встретили нас национальными монгольскими пельменями - бууз, и монгольским зеленым чаем с молоком и солью. Мнения о чае полярно разделились - лично мне понравился. Разместили нас в настоящих юртах. В середине каждой юрты имелась печь - буржуйка и было сухо, тепло и уютно.
  Расселившись, мы решили начать знакомство с Монголией и прогулялись в магазин, расположенный в ближайшем населенном пункте, поселке - Ханх. Кстати, Ханх - рублевая зона. Любопытные по природе, но при этом очень скромные монголы, всюду следовали за нами и, как бы невзначай, поглядывали на нас, словно на инопланетян. zakatИнтересно, но факт: стоило нам только остановиться, как тут же,  все движение вокруг нас замирало, и казалось, что никого из людей поблизости нет. Низкая плотность населения, думала я. Как только мы делали несколько шагов, так сразу начиналось бурное движение - буквально из-за каждого дерева появлялись местные жители - монголы. По дороге мы не раз встречали очень симпатичных монгольских детишек и девушек. Удалось поближе увидеть творение Чингисхана – лохматое, монстроподобное «Чудо природы». Эти огромные животные, при ближайшем рассмотрении оказались милыми и пугливыми созданиями, готовыми спасаться от нас бегством в любую минуту. 
   Вечером, в честь нашего приезда особым способом зарезали яка, и приготовили национальное блюдо из печени на костре. Потом, единственной удочкой, мы дружно ловили хариусов. Рыба в Хубсугуле есть. Красивейший закат на озере никого не оставил равнодушным.
 
3 августа.
  Монголия как она есть.
    childrenУтром, в далекой Монголии у нас был настоящий английский завтрак (омлет с колбасой), приготовленный неожиданно появившимся в этой местности, коренным англичанином. Монголы не переставали нас удивлять. Услышав, что из мяса у нас есть с собой, лишь тушенка, спасая от голода русских экстрималов, нам выдали в поход, недавно зарезанного барана. Перед самым отъездом, на десерт, были предложены потрошки яка. Выглядело очень аппетитно. В числе прочего, на подносе лежал большой запеченный шар, наполненный чем-то, по виду очень напоминающим, печень. Недолго думая, я решила попробовать и это. Почувствовав вкус крови, я поняла, что сильно ошиблась – внутри шара (кишки) оказался сущий деликатес - запеченная кровь! Остальные дружно уничтожали его содержимое, а я, изо всех сил стараясь не показать своих эмоций, неслась к воде со скоростью света, чтобы успеть прополоскать рот!
  Вывод после одного дня пребывания:
  -примерное меню средне-статического монгола:
 Завтрак – мясо
 Обед – мясо
 Вечером - сновамясо
   Оставив лишние вещи на базе, и распрощавшись с последними благами цивилизации, мы двинулись на УАЗиках в путь на конную базу в местечко Баян-Гол. Заехав, еще раз в магазин в Ханхе, мы снова были в центре внимания монгол. Мимо нас стройными рядами, как на демонстрации, проходило и проезжало, казалось, все местное население. Основное средство передвижения - лошади. Дети учатся ездить верхом, быстрее, чем учатся ходить. Вместо легковых машин – лошади, вместо грузовых машин монголы используют яков. Нам даже удалось прокатиться верхом на «Чуде»! Не обнаружив в магазине нужное количество водки, Чак выдал фразу: «Поехали из Ханха на Хер за водкой» (Хер - еще один, ближайший населенный пункт). 
  За окном менялись пейзажи, один краше другого. Когда становилось невозможно не фотографировать, я настойчиво просила сделать остановку. На нашем пути встретилось первое ОБО – место поклонения Духам. Горка камней, сложенная пирамидой, с построенным над ней, шалашом из веток и украшенная синими лентами.OBO Это священное место, в котором принято делать приношения Духам Местности (например, немного брызгать водкой в небо). Красота за окном УАЗа заставляла все чаще делать остановки для фото. По программе, составленной друзьями - монголами, наше мероприятие официально имело довольно скучное название – «переезд на конную базу к месту отправки в Дархатскую котловину». IMHO - это было крутое и увлекательное джип-сафари, в экстремальных условиях, по полному бездорожью (реки, озеро и горы), на советских, постоянно глохнущих УАЗиках, эпохи… не помню кого. Надо заметить, что я впервые, и даже несколько раз, испытала чувство гордости за отечественный Автопром.
    Когда мы добрались до конной базы, увидели там множество поседланных лошадок. Слово – ЛОШАДЬ, к этим животным не подходило совсем. Это были невысокие, при этом правильно сложенные животные и с непременно длинными и мохнатыми хвостами и гривами, выстриженными строго определенным образом. uaz При этом, на пони они не были похожи совсем. Все лошадки были разных, но невероятно красивых мастей. Вокруг не было никаких построек, за исключением загона, к жердям которого они и были привязаны. Решив, что это вьючные лошадки, я обошла базу несколько раз, в надежде увидеть верховых лошадей. Все одинаковые. Вопрос - «Как же мы на них поедем?», - встал ребром. К тому же, в группе было несколько, выдающихся по росту, людей. Деревянные монгольские седла заставляли задуматься о многом. Попытки приблизиться и приласкать лошадок, к успеху не приводили. Позже мы узнали, что они не приучены брать из рук и совсем не любят когда дотрагиваются до их драгоценных  мордочек.
  При выборе себе ДРУГА на предстоящую неделю, я в который раз, обошла лошадок. Мне очень хотелось выбрать НЕЧТО ТАКОЕ. Из ниоткуда появились монголы – наши проводники и стали раздавать всем этих милых, миниатюрных животных. Попытка объяснить, что ИМЕННО я хочу, к успеху не привела. Монголы в ответ непременно улыбались и вручали, первую попавшуюся на их пути лошадку. Вскоре выяснилось, что среди наших шести проводников, только один – Дужи, совсем немного понимает и столько же говорит по-русски. После недолгого объяснения, он почему-то решил, что мне нужен «злой лошад». С его помощью мне привели гнедую лошадку, при этом дружно и одобрительно кивая, в знак одобрения. Она была далеко не первая по счету, но снова не затронула, ЧЕГО-ТО, в душе (видимо, у нее была слишком короткая стрижка ?).
  seriy Когда я решила, брать ТО, что дают, я увидела ЕГО! Это был необыкновенно красивый серо-чалый жеребец с длинным хвостом и куском длинной гривы. Из-под оставшегося куска челки, на меня косился красивый глаз. Глаза как у настоящего «араба», - подумала я. Тут же, вручив гнедого лошадя (как позже выяснилось, он был самым быстрым скакуном и готовился к национальным скачкам) Натахе, я ухватилась двумя руками за Серого. Дужи, общаясь с одним из проводников по-монгольски, явно спрашивал о нем. По их жестам, я поняла, что Серый совсем НЕ ТО, что я искала, да мне было уже все равно. В переводе Дужи, это звучало так:
  «Это - злой лошад».
  «В каком смысле, злой?».
  «Скинул всадника в прошлый раз!»
  «Наверно, всадник сам виноват»,
- настаивала я, любуясь Серым.
Вопрос – «Как ЕГО зовут?», - неожиданно вызвал замешательство, даже у Дужи. Через некоторое время, после бурных дебатов выяснилось, что у НИХ, просто нет имен! Называют лошадок, по ЦВЕТАМ (мастям), как я уже и успела окрестить Серого. Ответ Дужи, на тот же самый вопрос, Макс воспринял буквально. «Цветы, –  очень странное имя для лошади», - немного удивившись, запомнил он. Весь маршрут, ничего не подозревая, гордо называл своего коника – мои «Цветы».
  Вся наша компания, наконец, обзавелась лошадками, и мы дружно наворачивали круги, пытаясь понять: возможно ли, пристроиться в небольшом, деревянном седле с круглыми стременами. Спасаясь от последствий такой езды, мужчины заблаговременно запаслись подушками, прихватив их из самой Москвы. Первые впечатления очень противоречивые. Очень низко, шеи нет совсем, а лошадка, при этом, ни минуты не стоит на месте, а постоянно бегает, будто на батарейках. Все веселились, и, смеясь, рысили вокруг загона. Первое время мне казалось, что на этих лошадках возможно ездить, лишь учебной рысью. Мне крупно повезло с седлом - сверху прилагалась кожаная подушка, но еще больше «повезло» со стременами – очень скоро одно оборвалось и улетело в траву. В это же время, у одной из вьючных лошадок, отвязалась вся поклажа и она, избавившись от груза, бешеным галопом унеслась прочь. Стремя мое нашли и привязали на узелок, а вот получившая свободу лошадка показала нам истинные способности этих маленьких животных. Родео с участием всех проводников, с целью «догнать и поймать», выглядело впечатляюще.
  Красота тех мест, вскружила голову. Дикая природа опьяняла, заставляя забыть все проблемы. Есть только ты, лошадь небо и горы. От переизбытка чувств, первый день помню очень плохо.
 …Ветер в твоих волосах тот же, что вечность назад,
  Время застыло, - луна и солнце встали в ряд...
  Улететь бы птицей, прочь от проклятой земли,
  С небом чистым слиться - вот о чем мечтаешь ты...     skachki
  Мы летели на своих маленьких скакунах по ущелью, окруженному огромными горами вдоль бурлящей горной реки. Поразило то, что практически весь путь (30 км) мы прошли высоким темпом, преимущественно рысью и галопом. Конечно, никто из нас не мог отказать себе в удовольствии проскакать с ветерком по бескрайним просторам нетронутой цивилизацией природы. Как у бывалого конника, в моей голове сидела известная всем установка, «после галопа нужно обязательно порысить». Теперь, даже смешно это вспоминать. В первый день, я еще старалась соблюдать известные принципы. Монголы, напротив, даже не пытались нас останавливать (что тоже, несколько удивляло), а наоборот, подгоняли отстающих лошадок огромными дубинами. Таких методов управления я не разделяла, и поэтому выучила первое монгольское слово «Чух» (ну, пошел), - на которое Серый реагировал моментально, прибавляя темп.
  Лошадки проводников были самыми быстрыми, и Серому не всегда удавалось держаться наравне с ними. Натаха, на своем скакуне возглавляла скачки и задавала темп, и во время перехода виделись мы нечасто. Добрались поздно вечером до местечка «Ханшаар» в долине реки Хороо-гол. Оказалось, что устали люди (а не лошади), и поэтому рано разошлись по нашим многочисленным палаткам. Монголы жили своей отдельной компанией, и быстро поужинав, тоже легли спать, набившись всемером в их единственную палатку. Ночером мы с Натахой, наконец-то встретились и вспоминали, что такое настоящий «адмиральский чай». После горяЩего чая, мы вдруг решили с утра подежурить по каше.
 
4 августа.
  Монгольские горы.
  Будильник на наручных часах, видимо, не перенес разницы во времени и подъем на дежурство состоялся, лишь благодаря, вовремя очнувшейся, Натахе. Утро было чудесным и тихим. Солнце поднималось над ущельем, освещая первыми лучиками наш палаточный лагерь. utroЛагерь спал, лишь монголы уже проснулись и готовили свой монгольский завтрак.  Все наши попытки развести костер из мокрых дров, к успеху не привели. В ход пустили тяжелую артиллерию в виде Артема, результат - тот же. Завтрак был под угрозой. Успев заметить неладное, к нам подошел кто-то из монгол, «посмотрел-махнул-моргнул» и мокрые дрова загорелись.   Намучавшись накануне с вещами в дорогу (на случай плохой погоды) и моим верным спутником – фотоаппаратом (не самых маленьких размеров), я мечтала путешествовать налегке. От «вещей в дорогу» в этот день, я решила избавиться радикально, упаковав все в рюкзак (погода в Монголии стояла хорошая). С помощью наших друзей-монголов, успешно привязала «свое приданное» в виде кофра с фотиком, к седлу Серого.
  Проехав несколько километров, мы достигли первого снежника. Ослепительное солнце, зеленая трава и чисто белый снег. Как будто, никогда не видели снега, русские бросились фотографировать, угрохав на это занятие, немало времени. snegnicПробираясь по снегу и льду с многочисленными фотоаппаратами и валяясь в снегу (каждый по очереди), мы представляли для наших друзей монгол немалую экзотику.
  Поднимаясь, все выше, и выше на перевал, я любовалась окрестностями. Светило солнышко, мы скакали по ущелью, радуясь жизни и не задумываясь о возможных трудностях. И тут, неожиданно загрохотало. Со стороны гор к нам подкрадывалась огромная грозовая туча. Только не это! Опять вспомнила про тот самый закон (на мне была одета легкомысленная маечка), а вещи скакали, где-то далеко, в рюкзаках. Впереди нас ждал первый горный перевал «Джарайн» - 2446 метров, 51’ 35,725`с.ш., 99'59,180`в.д. На подъеме нас и настигла гроза. Спасая фотоаппарат, я промокла до нитки. Со всех сторон сверкали молнии, я зажмуривала глаза. Чтобы не потерять из виду остальных экстрималов, усеявших склон, глаза приходилось, время от времени, открывать. Снова сверкали молнии – глаза закрывались. Пока я боялась грозы, под ногами захлюпало - совершенно неожиданно, начались болота! Со всех сторон вода – это конно-водный  переход в горах Монголии. Погода на этом свои испытания не закончила - начался сильный град. Силы лошадок были неравными, и на подъеме вся наша боевая группа сильно растянулась по склону. Напоминало переход Суворова через Альпы. Подниматься становилось все труднее, а погода всячески нам «помогала». Приходилось спасаться внушением, вспоминая что -
«…у природы нет плохой погоды …».  
  Зубы выстукивали мелодию «бравого марша», моему маленькому скакуну было тоже не легко, но ничего не оставалось, как смириться с действительностью. Град закончился. Теперь с гор подул холодный ветер, сковывая все тело. Мне казалось, что моя мокрая майка, вот-вот, покроется льдом. Когда дождь утихал, я отвлекала себя от стука зубов фотосъемкой пейзажа, открывающегося с высоты, горного ущелья. Х-тримальная фотосъемка трясущимися руками, сидя верхом, увенчалась для меня потерей крышечки от самого нужного объектива,  уже на подходе к самомУ перевалу.
  djairan
    Поднявшись на перевал, обнаружили там еще одно ОБО. Без лишних напоминаний, согласно традиции, мы совершили приношение Духам. «Духи гор», видимо, решили сжалиться над нами: так же неожиданно, туча исчезла в никуда, и вышло солнышко. После такого, вполне можно и поверить в чудеса. Чудом сохранившийся спирт, превращаясь в водку, спас нам здоровье. Хорошо!
  cveti Спуск вниз оказался очень крутым, и мы шли с лошадками в поводу. По-прежнему, светило солнце, раскрашивая природу яркими красками. Все вокруг утопало в цветах, радуя глаз, после «грозного перевала» и недавно утихшего дождя.
  Дальнейшая дорога не переставала удивлять. Начались болота. Но не просто болота, а нескончаемые БОЛОТА. Если кто-то думает, что в горах не бывает болот, тот точно не был в Монголии.
   Я заметила уникальные способности своего Серого. Пусть он был, далеко не самым резвым, но за то, он очень уверенно проходил болота, выбирая самый верный и безопасный путь, будто чувствовал, где есть опасность. Многие лошадки проваливались, переходя многочисленные топи, а мой Серый, известным только ему способом, умело обходил все сомнительные места.
  Мы шли по лесной тропинке галопом не менее часа. ЧАС ГАЛОПА!!! Такое у меня тоже было впервые. Мы начали понимать, каким образом, в свое время, Чингисхан мог преодолевать огромные расстояния, передвигаясь через горы с большой скоростью. Когда стало ясно, что мы, даже галопом по болотам, не успеваем добраться до Дархатской котловины засветло, было решено остановиться на ночлег в любом подходящем месте.
  Подходящее место нашли быстро. На тех же самых болотах, среди огромных лиственниц, где до реки было полкилометра, а вокруг лагеря валялись горы огромных свеже-обглоданных костей и целые скелеты неизвестных животных. Сложилось впечатление, что не так давно, здесь прошлась стая голодных волков или бармалеев. Вспоминалось, как во время остановки на обед, местные жители предлагали медведя, любыми, удобными нам, частями.
  К вечеру 2-го дня все полностью изменили мнение о наших четвероногих спутниках. Мы перестали над ними смеяться. Многие из нас были по уши влюблены в своих маленьких, умных и супер выносливых лошадок и всерьез обсуждали возможность вывоза с собой в Россию. Фраза дня от Булгаковой:
«Это не лошади! Это – какие-то другие животные».
 
5 августа.
  8 чудо света.
  Решили устроить день вежливости. Утренний подъем сопровождался необыкновенно красивой и мелодичной музыкой – вероятно, поварешкой по крышке. Народ вежливо желал друг другу всяких благ. Начало дня было хорошим.les
  На маршруте Серый подтвердил, данное ему мной звание лучшего «болотопроходца». Ко всему прочему, он знал дорогу, сокращая и спрямляя, где надо тропу. Болота не кончались, а мы дошли до зоны лесотундры и вечной мерзлоты. На огромных кочках произрастали карликовые березки и другие виды растений Крайнего Севера. 
  Со временем, мы стали замечать очень много интересного, касающегося монгольских лошадок. Аллюр «шаг» бывает только на подъеме в горы, и то не всегда. «Едем медленно», - это означает, едем рысью в пределах видимости друг друга. «Морендо», - клич монгол, после которого обычно происходит срыв в галоп. Если кто-нибудь, из отставших пытался догнать группу, происходил тот же подрыв и снова скачки. Лошади практически никогда не потели. Иногда можно было услышать чью-нибудь мольбу, - «Ну, давайте же, хотя бы немного пошагаем!» К тому времени, самая обычная подушка являлась самым большим предметом поклонения для всех, без исключения,  мужчин. Впервые за долгое время, многие из нас поняли, что наконец-то, наездились. Таких, становилось с каждым днем все больше! Еще один интересный факт: днем лошадки практически не едят и не пьют (если не считать едой то, что хватается на ходу). Откуда у них столько сил и энергии, так и осталось для нас загадкой. Вьючные лошадки - это вообще отдельная история. Вьючная лошадь – это лошадь, которая гуляет сама по себе. Они сами прекрасно знают, где им лучше пройти, сами выбирают себе дорогу, зачастую летят впереди всех, при этом еще, обвешанные нашими многочисленными палатками и рюкзаками. Когда по своим габаритам, они не могли пройти в каком-нибудь узком месте, на глазах у них появлялось недоумение: «Не понял?!! И кто здесь такой толстый(ая)?!»
  Наши проводники-монголы тоже были весьма необычны. Никогда не шумели и не ругались, рано вставали, в любую погоду разводили костер с фантастической скоростью, быстро собирались и оперативно седлали лошадок. Всегда улыбчивые и спокойные, они были готовы в любую минуту прийти нам на помощь. Никакие капризы погоды и трудности перехода не могли изменить их веселого настроения. Одним словом - все они были самыми настоящими детьми природы. Жизнерадостный Атой - не переставал шутить и веселиться, Рембо (Ренбо) – улыбаясь, напевал монгольские песни, «Африка» - веселясь, присматривал за вьючными лошадками, неуловимый «Calvin Klein» - скакал впереди, выбирая дорогу, Урус – оставался тихим и не заметным, Дужи (3 года живший в России) - вспоминал русский язык, являясь переводчиком, для всех желающих пообщаться, маленький Бот, не пугаясь трудностей, скакал на своем белом коне, наравне со взрослыми.
  dolina Своему Серому Зайцу я стала доверять безгранично, умудряясь прямо в седле, проходя по любому рельефу (лес, подъем в горы, брод) доставать свой «маленький» фотик, менять пленки и даже, объективы. Серый никогда не спотыкался, аккуратно переходил реки и замечательно болота. У него была только одна маленькая слабость –  особая трава, растущая на болотах. Пройти мимо нее, он был не в силах. Завидев издалека болото, он старался всех обогнать и достигнув цели, врастал в землю всеми 4-мя ногами и выстригал вкусняшку под корень, очень опасаясь, чтобы другие его не объели. Болот становилось все больше, и Серый, забыв обо всем, поедал любимую траву в огромных количествах. Оторвать его от этого процесса было невозможно. Кстати, наклонять голову и периодически пить и питаться, вовсе не возбранялось.
  Поднявшись на небольшое плато, мы увидели цель нашего перехода – с высоты птичьего полета открывался великолепный вид на Дархатскую котловину. Достигнув ее, я решила, что это и есть 8-ое чудо света. На высоте 1500 метров, раскинулись бескрайние просторы, со всех сторон окруженные горами. На этих лугах, под огромным небом всюду паслись табуны лошадей, яков, баранов и хайнаков. Краски окружающей природы были необыкновенно сочные, и казалось, что рассматриваешь мир вокруг себя через цветное стеклышко. Пребывая в восторге, я отсняла непомнюсколько пленок и никак не могла остановиться. Запечатлев на память всех наших друзей-проводников и дощелкав очередную, мы увидели, что остальные уже ускакали. Вместе с нами остались лишь Дужи, Рембо, Атой и «Африка». Просторы котловины призывали к скачкам, а кони сами рвались вперед. Мы с Серым летали наперегонки с Натахиным скакуном, словно на крыльях. В синем небе над нами парили орлы. Неописуемый восторг и чувство свободы все больше овладевали нами.
    darhatskaya cotlovina
    Впереди нарисовалась юрта, и мне очень хотелось заснять настоящую жизнь настоящих кочевников.
  По-русски, Рембо и Атой ничего не понимали, впрочем, так же, как и мы по- монгольски. В лексикон Атоя входило несколько русских слов: «Мочна, пачли, давай, почалуста, черный лошад». На мой вопрос, - «Можно ли фотографировать?», - они, улыбаясь, радостно нам кивали. «Мочна-мочна! Пачли-пачли», - говорили нам они, слезая со своих лошадок. Ничего не подозревающая я, достала фотоаппарат и увидела, что моего Серого уже привязывают к коновязи. «Почалуста – мочна - пачли», - непрерывно приговаривал Атой.
  Итог незнания языка: мы в настоящей монгольской юрте, пьем монгольский, соленый чай, нас угощают настоящие Дархаты настоящей едой кочевников – бараньи ребрышки, монгольские лепешки и особый монгольский сыр.
  yurta Семья состояла из мужа, жены, пожилой женщины и маленькой девочки. Жена готовила в огромном чане монгольские лепешки, муж сидел с нами. В юрте был безупречный порядок и чистота. Справа от входа (всегда смотрящего на юг), была расположена кухня и, там же находились женщины, на полу лежал ковер, на котором сидели все мы. Посредине юрты был очаг, где готовилась еда, а сверху над ним - вентиляционное отверстие, украшенное особыми защитными знаками. Открытая настежь дверь, больше напоминала дорогую картину в раме. Из мебели в юрте были лишь металлические кровати, сундук и несколько  невысоких шкафчиков. На почетном месте стоял маленький китайский радиоприемник, на красивых расписных полочках сушился особый монгольский сыр. Общаться приходилось на языке жестов. Было очень мило, все  кивали друг другу и улыбались. Попытка Натахи сфотографировать многочисленные головки сыра, привела к тому, что нам, тут же, подарили одну из них. Наверное, опять подумали, что мы дикие и голодные люди. Раздав семейству «детские»* конфеты, с трудом добытые в «ручной клади» и поблагодарив за теплый прием, мы собирались уходить. В этот самый момент случилось видение – через открытую дверь юрты мы увидели, как картина в дверном проеме ожила: мимо юрты, не торопясь, проезжали Чак и Марина. Чтобы убедиться, что это не мираж, мы вышли на улицу. Гостей в юрте прибавлялось.
  *«Детские конфеты»: начитавшись в Интернете отчетов и впечатлений от людей побывавших в Монголии, я сделала вывод – нужно привезти с собой подарки монгольским детям и, как можно больше. Притащили.
  Чак, зайдя в юрту, непонятно почему, держал в руках мой(!) кроссовок, обращаясь к нам с вопросом: «Чей туфля?».
…???!!!...  
   Странно, конечно, но это  была моя туфля, то есть ботинок!!!!
Оказалось, что нашли его недалеко от юрты и подобрали, решив, что такой артефакт может остаться, лишь после проезда нашей группы. Внимательно изучив содержимое рюкзака, привязанного к Натахиному скакуну, я поняла, что и второй мой ботинок, был таким же образом посеян, где-то на просторах Монголии. Я живо представила, как во время наших гонок, мои башмаки один за другим вылетали из-под копыт.? Не зная языка, Атой и Рембо моментально все поняли и собирались скакать на поиски потери. Я их останавливала, понимая всю нереальность этой затеи. Огромная котловина и маленький башмак, все равно, что иголка в стоге сена. Но, вспоминая, что впереди нас ждало много дней странствий (в том числе по Байкалу), я все же, задумалась о необходимости наличия второго, такого же ботинка.
  Поскольку, сегодняшний переход подходил к концу, а возможность еще раз промчаться по бескрайним просторам, не переставала манить, я решила рискнуть. Взяв с собой Рембо, мы проехали еще раз, наш путь по котловине в оба конца. Возвращаясь обратно, я успокоилась – чудес на свете не бывает. И в этот самый момент, Рембо неожиданно развернулся и, спрыгнув с коня, поднял с земли мой второй кроссовок! Чудеса! Каким-то особым зрением или шестым чувством он смог обнаружить потерю – «песчинку в пустыне». Мы вновь скакали вдаль, предаваясь солнцу и ветру.
  Беги, беги за солнцем, сбивая ноги в кровь
  Беги, беги, не бойся, играть судьбою вновь и вновь.
  Лети, лети за солнцем к безумству высоты.
  Лети, лети, не бойся, так можешь сделать только ты...
grif 
 Мы летели навстречу солнцу, любуясь необыкновенными красотами котловины. Краем глаза я заметила недалеко от нас на зеленой траве огромное темное пятно. Но на призывные крики Натахи, - «Ты ЭТО видела?», - пришлось среагировать и подъехать поближе к ЭТОМУ. Греясь в лучах заходящего солнца и совершенно не реагируя на появление нас, сидел огромный черный гриф.
  Когда мы доехали до цели, уже стоял лагерь. С гор надвигалась знакомая, грозовая туча. Мы увидели еще одно чудо – над котловиной высоко в небе раскинулась огромная яркая и полная радуга, поднимающаяся прямо из реки. Туча, немного попугала нас своим грозным видом и ушла обратно в горы.raduga
  Вадик занялся добычей пропитания: единственной уцелевшей удочкой (моя не выдержала сложного перехода на вьючных лошадях), особо не напрягаясь, он ловил не то сигов, не то белорыбицу. Макс, под диктовку Дужи, занимался составлением русско-монгольского разговорника. Записав первое предложение, по наиболее насущной проблеме того времени - «моя задница сильно болит», они перешли к второстепенному. «У», - диктовал Дужи. «У», - повторял Макс. «Да, я же говорю тебе, не - «У», а - «У»!». «У» - старательно копируя Дужи, дудел на всю округу Макс. «Да не «У», а «УУУ»»  - устало возмущался Дужи. И так, до бесконечности.
  После позднего обеда решили вечером не ужинать. Тем временем, Чак готовил «на завтра» тушеного барана в черносливе. Вкуснейший «завтрашний» баран «до завтра» не дожил.
  Наступила ночь. В горах небо кажется гораздо ближе, а звезды больше. Всю ночь, где-то недалеко, раздавались незнакомые звуки и крики неведомых птиц или зверей. В темноте мне чудились крики крупных животных, скорее хищников. Марина услышала крик дрофы, а мне мерещились тигры. Находясь вдали от цивилизации, сидя у костра, мы прислушивались к звукам природы. Думалось о вечном... Луи сочинял стихи. Макс рассказывал об использовании презерватива для приготовления отварной рыбы (при отсутствии посуды), все более удивляя своими рассказами, Вадика. Постепенно, тема приготовления рыбы сменилась темой - «других способов применения» резинового изделия ?1,  не по прямому назначению. С подробными инструкциями. Дело дошло до спора. Вадик, наконец, устав удивляться:
  «… можно подумать,  я каждый день, только и делаю, что презервативы на голову одеваю!»
 
 6 августа.
  Дневка или день ничегонеделания.
  Утром я решила встать пораньше и встретить рассвет. Поскольку у нас намечалась дневка, это был единственно возможный рассвет в Дархатской котловине. Я даже вовремя проснулась. Красота! Солнце еще не показалось из-за гор, а лишь отблески рассвета, касаясь земли,  придали всему вокруг нежный розовый оттенок. Вокруг лагеря паслись наши лошадки, на разные голоса кричали птицы. Необозримые просторы напоминали саванну или дикие прерии.
  prerii
    Я не раз ловила себя на мысли, что подобное можно увидеть лишь по телевизору, в какой-нибудь передаче «В мире животных». Из-под ног, то и дело выскакивали суслики, пищухи и перебегали по своим натоптанным тропам в очередную нору. Когда я удалилась на значительное расстояние от лагеря, а палатки скрылись и виду, мне стало немного жутковато. В окружении величественных гор, я чувствовала себя маленьким муравьем на этой большой земле.
  Вооружившись фотоаппаратом, я гуляла по «прериям» в надежде встретить рассвет и еще, что-нибудь интересное. Рассвет еще не начался и вся природа, как будто затаилась и ждала. Из-за горного хребта показались первые лучики солнца, и на глазах все вокруг стало преображаться. Свет и тьма. И между ними - четкая граница… Свет наступал.rassvet
   Еще через мгновение показался огромный солнечный диск и неудержимо стал заливать своим ярким светом всю котловину. Сказочное зрелище.
  Друзья - монголы уже проснулись, а почти все наши еще спали. За несколько дней похода, я успела заметить еще одну интересную монгольскую черту –  каждое утро наши проводники, искренне веселились и радовались жизни. Этим утром, все было не так…
  Вскоре выяснилось одно принеприятное обстоятельство. «У нас угнали лошадок», - сообщил нам Дужи. Мы бросились на поиски своих четвероногих друзей, чтобы определить количество угнанных. Моего Серого, конечно, нигде не было! Не иначе, как ушел искать любимую траву. В общей сложности, не досчитались 6-ти лошадей. За пропажей выехали проводники. Вскоре двоих «беглецов» нашли – они прибились к чужому табуну лошадей и мирно с ними паслись, весьма далеко от лагеря. Остальных, со временем, удалось  обнаружить в разных частях света (пришлось вспоминать нашу «ковбойку» и усиленно напрягать зрение) – вот, что значит свобода и независимость по-лошадиному.
  Днем, мы посетили очередную юрту. В ней жили богатые дархаты. В юрте был цветной телевизор, спутниковая тарелка и даже солнечная батарея. Нас снова радушно приняли и стали угощать монгольским чаем с лепешками. Со своей стороны, кроме «детских конфет» мы привезли с собой ноутбук и стали показывать хозяевам фильм «Властелин колец», да еще к тому же, в гоблиновском переводе. Что о нас подумали монголы, остается загадкой.
  Мой Серый лошад, видимо, устал и полностью расслабился, не желая больше никуда идти. Скакать он отказался наотрез, и всю дорогу, мне пришлось просто его уговаривать. plyag
  Днем устроили купание в бодрящих водах реки Хоро-Гол. Нашли подходящее место для пляжа, вдали от лагеря, где нет ни души. Называлось все это - «экстримальный нудизм»… Весь женский состав блаженно жарился под горным солнышком. Солнце светило и припекало, как в пустыне, и мы решили искупаться в горной реке. Заплывы в холодной воде сопровождались дикими криками купальщиков. В ответ на них, каждый раз, обеспокоенные и внимательные к чужим проблемам  монголы, непременно срывались с мест и бежали, на полном серьезе, нас спасать… Впоследствии еще выяснилось, что у наших мужчин был бинокль.
  Орлова, безвылазно находясь в ледяной воде посреди большой и бурной горной реки, твердила:
  «Я, вообще то, воду не люблю, а купаться  - тем более...»
  Узнав про «выездную торговлю с колес», наши проводники, приняв заказ, ускакали в магазин. Заказ не отличался оригинальностью. Русские заказали – хлеба, водки и чего-нибудь сладкого.
  Монголы угостили нас местным айраном – по-монгольски айрыком. Теперь стали смеяться мы. Весь день прошел очень весело. Смеялись мы по разным причинам и, даже без них, до поздней ночи и, видимо, причина неподдельной веселости – айрык.
  Большинством голосов было решено никуда не выдвигаться, а завтра утром встать пораньше (в 6 часов) и предпринять попытку сделать решающий марш-бросок. Хотелось надеяться на реальность дневного перехода через горы протяженностью в 60 км. Я помнила случай, когда нам в похожей ситуации не хватило, как раз, каких-то 10 км, которые решали все.
  Макс, сильно устав от отдыха, нашел себе увлекательное занятие под названием – найти и поймать суслика в норке. В течение дня, он носился, как молекула со всевозможными кастрюлями и ведрами с водой, от реки к норе, и от норы к реке. Суслик, по непонятной причине, сдох. (((
  Весь день, проходил рыболовный турнир, все той же удочкой. Из хорошего улова была чудесная уха. Булкакова недоумевала весь день – «Ну какой, скажите мне, кайф от этой вашей рыбалки? Не понимаю! Ну, чего в ней люди находят –  не понимаю!».
 Ближе к вечеру, взяв удочку, она ушла на эксперимент. Следующие 3 часа ее никто больше не видел. До полной темноты, она в полном одиночестве бегала вдоль берега, забрасывая спиннинг. Вернулась довольная и уставшая, в ночи, без рыбы, и вновь мы услышали:
   «Ну и в чем здесь, кайф? Я не понимаю!»

  7 августа.
  Предел…
  Все проспали. Вышли в 8 утра. Переход должен был составить приблизительно 50 км, включая еще один горный перевал. Напоследок пробежались, еще раз, по Дархатской котловине и остановились еще в одной юрте. Нас встретили хлебом-чаем красивые девушки- хозяйки.
  Очень резво дошли до местечка «Утрайгийн Рашаан», где находится множество  минеральных источников. Остановились на обед. Шел дождь. Мы решили прогуляться вдоль реки. Кое-как, перебравшись через горный ручей, мы очутились на поляне необыкновенной красоты и увидели посреди нее деревянные столбы с табличками на монгольском языке. Все слова были  не знакомы, кроме….. о, ужас, там были указаны даты. «Это же могилы!», - решили мы и спешно покинули райский уголок.
  ytraigin Вернувшись, мы узнали, что ровно в противоположном направлении находятся уникальные, целебные, минеральные источники и поспешили туда. На очень красивой поляне, неожиданно нарисовавшейся среди диких, неприступных гор, стояло множество маленьких деревянных домиков. Около каждого стояли деревянные столбы с табличками, описывающими чудодейственные свойства каждого - от головы, от болезни глаз, горла, кишечника, от кожных заболеваний, от радикулита итд. По поляне бегали, в чем попало, русские...  Нас встретила Маргоша, радостно сообщая о том, где и какие именно есть источники, в каких и для чего, купаются. В первом же, на нашем пути источнике плавал Макс. Источник назывался -  «для женщин желающих забеременеть».
  В связи с нечастыми посещениями таких мест, мы решили искупаться во всех. Первопроходцы твердили об одном, особо ужасном источнике, под названием «для кожи». На подходе к нему, здорово попахивало сероводородом, а на дне, сооруженной над ним купальни, росли водоросли! С него, как с самого неприятного мы и начали, а закончили самым теплым и приятным - «женским». Как позже выяснилось, перепутав все, что можно, мы лечили головы в источнике для суставов, а в источнике для головы – позвоночник итд. Очень интересное обстоятельство, что в источниках, находящихся всего в нескольких шагах друг от друга, вода была разного цвета, запаха и состава, и даже, разной температуры. Природа вокруг, так же, отличалась своей необыкновенной красотой. isto4niki
  После обеда наши проводники повели нас под непрекращающимся дождем, к другим источникам, оказавшимся при приближении, недавно найденными нами «могилами». Даты, выбитые на табличках, означали годы открытия этих чудесных источников.
  Впереди нас ждал перевал, и дорога постепенно стала подниматься все выше и выше. Серый очень устал. Он весь день старался отстать (или просто чувствовал, что ему туда не надо) и чтобы мне не остаться в горах насовсем, пришлось для виду, обзавестись местным средством управления – огромной дубиной. Но вскоре, я ее преспокойно потеряла. Через некоторое время, увидев прямо на нашей тропе целое сломленное дерево с множеством подходящих сучков, я решила возместить утрату. Вцепившись обеими руками за подходящий сук, я старательно выкручивала, и выкручивала его в разные стороны, но он не поддавался. Тем временем, мой Серый лошад ушел своей дорогой. Я осталась висеть на этом дереве…
  Поднявшись на перевал Отрог (2275 м    40,017`с.ш. 99'54,723` в.д.), среди огромных гор и безымянных вершин, мы решили напоследок, чисто символически, выпить с монголами за красоту их страны каплю монгольской водки на всех. В этот день, наших проводников мы больше не видели.ver6ini
   Монголы дружно ускакали вдаль, а мы шли следом, любуясь горами. Если есть перевал, то где-то должен начаться спуск. Его все еще не было, а вершины казались все ближе и ближе. Находясь высоко, среди горных вершин, снега и красивых озер чувствуешь себя, по особому счастливым и беззаботным. Хотелось думать, только о хорошем. На небе снова появилась огромная радуга. Нам казалось, что она вырастает из соседнего озера, совсем недалеко от нас и дугой соединяет две вершины. Мы стремились пройти прямо под ней в арку, но это никак не получалось. Не фотографировать было невозможно.
  Как показал опыт предыдущего перевала, подъем очень сильно увеличивает нашу группу в длину. Этот раз тоже не был исключением. Дорога продолжала подниматься, вершины казались еще ближе, а впереди, как неизменный атрибут, появились болота. На небольшом перешейке, справа от нас было большое горное озеро, а слева подступала вершина. Мы шли последними, и теперь болотная тропа представляла собой чавкающую, черную массу,  грозящую уйти из-под ног. Пройти по ней было невозможно.
  gori Вадик пошел на эксперимент, он решил открыть новый путь по низине, еще ближе к озеру, там, где самая трясина. В результате, спасаясь, его коник очень быстро освоил «испанский шаг», поднимая ноги до ушей. А впереди, на вытоптанной тропе происходило нечто непонятное и невероятное. Перед нами, по ужасному месиву шел Артем. Неожиданно, этот 2 метровый человек, с невероятной легкостью, подобно воздушным гимнастам, совершив кульбит в воздухе, красиво улетел ласточкой вдаль. Следом за ним, только в противоположную сторону, летело его седло. При этом на время, совершенно пропал из виду его, светло-серый конь. Мистика…
  ????!!!!!!
    Еще через мгновенье, из болота восстал огромный Франкенштейн, грязно коричневого цвета, а следом за ним рядом появилась маленькая гнедая лошадка…
  «Вадик, вернись! Ты сейчас там застрянешь!», - дружно голосили мы, указывая на преобразившегося Артема. Вадик очень быстро все понял, и подошел к нам, недавно освоенным, «испанским шагом». Замыкающим чуднУю процессию шел человек-невидимка - хирург  Андрей, на своей больной лошадке.
  Объединившись для спасения, мы решили уйти левее, в горы, чтобы обойти злосчастное болото. Оставалось докричаться до «Франкенштейна». Проваливаясь, он брел по болоту, неся на себе седло и свою лошадь. Когда Артем, наконец, нас услышал, мы дождались и встретили его на выходе из болота. После пережитого, он стал говорить мало и неохотно.
  Выяснилось, что его конь ушел вместе с ним в болото, чуть не по самые уши, а когда попытался выпрыгнуть, разорвал подпруги и, задав всаднику неслабое ускорение, одним рывком вырвался из трясины. Все это, мы как раз и видели.
  Решили впредь, продвигаться очень аккуратно и держаться вместе. Впереди гордо вышагивал мой Серый, точно выбирая путь. До вершины было рукой подать, а перевал остался далеко внизу. Фактически, еще немного, и мы совершили бы восхождение к безымянной вершине Монголии, верхом на лошадках. Впереди внизу, в болоте иногда мелькали наши остальные всадники – альпинисты - дайвингисты, а мы пробирались выше, по огромным камням вдоль склона.
  Шел дождь. Смеркалось. В горах солнце садится очень быстро. Конца и края нашему пути не было видно. На всякий случай я решила узнать, что у нас есть на случай выживания.
  После проведенного опроса выяснилось: в GPS- села батарейка, фонарика ни у кого не оказалось, спальников тоже не было, но за то у Артема с собой была палатка, а у Натахи немного «горючего»! Мы живем! Я обрадовалась, и у меня открылось второе дыхание. Вадик мучался отсутствием топора. Он постоянно думал вслух о том, как же он будет доставать дрова и разводить костер.
  night
    Стемнело окончательно. Мы полностью положились на зрение, умение и интуицию наших необыкновенных лошадок. Вся надежда теперь была только на них. Мне было уже совсем не смешно – Серый еле-еле переставлял ноги, Натаха, наоборот, едва сдерживала темп своего коня-огня, Артем понемногу отошел от стресса и начал говорить, по-монгольски (всего одно слово, «чух»), Вадик, по-прежнему, мучался самой глобальной проблемой отсутствия топора, а замыкающего, еле ползущего Андрея, мы с завидной регулярностью теряли из виду. Надо отдать должное, что в сложившейся ситуации все были очень внимательными и заботливыми друг к другу. Ежеминутная перекличка в полной темноте стала обязательной. Лошадь Андрея отставал все больше, и каждый раз после переклички, не обнаружив его, мы были вынуждены останавливаться, возвращаться и искать пропажу. Натаха решила надеть на голову желтый капюшон, чтобы освещать нам путь. Конечно, в темноте он был черным.
Мужество есть лишь у тех,
Кто ощутил сердцем страх
Кто смотрит в пропасть,
Но смотрит с гордостью в глазах.
  Нам навстречу скакал всадник! Спасение! Это был один из проводников (впередиидущий Чак, заметив нас, развернул его к нам). Русский язык, Calvin Klein, естественно, не знал. Общаясь жестами и на пальцах, я попыталась узнать, сколько же нам осталось еще идти. Получалось, с его «слов» - полтора часа.
  Когда прошло гораздо больше времени, и кончились все доли пальцев, на которых я отмеряла часы и минуты, мы потеряли всякую надежду. Справа шумела горная река, а мы шли через лес, вероятно с воклами и медведями ))), в полной темноте. Под ногами хлюпало, земля шевелилась. На вполне искренний вопрос удивленного Вадика:
 «Скажите, пожалуйста, а что там такое может быть внизу? И что это  чавкает?»
  Я, не задумываясь, ответила –
 «г… там сплошное, вот что!»
  Вдалеке, за рекой мы увидели огонь! Артем вспомнил и другие слова русского языка, я перестала пытать проводника своими вопросами о времени, а лошадки почувствовали конец страданиям и немного даже прибавили темп. Финиш! Сил нет, все, как в тумане…
  Под непрекращающимся целые сутки дождем мы, промокшие до ниточки, искали в лужах наши непотопляемые рюкзаки и ставили лагерь.  Все набились под небольшой продуктовый тент. Теперь было только одно желание - … спасти здоровье! Нервы у всех эХтрималов были на пределе, так как многим из нас пришлось на себе испытать все прелести сегодняшнего, 60 км горного перехода в одиночку. В этот день приключений и эмоций хватило на всех.
  На этот раз, нас спасло изобретение Менделеева, в монгольском варианте. Горячо обсуждая подробности прошедшего дня, мы закусывали сие 38% творение остатками халвы и радовались нашему спасению. Наши лошадки были в пути, практически без еды почти 16 часов. Натаха, настроившись решительно, заявила в ночи в ультимативной форме:
  «Вы все как хотите, а я ушла отпускать пастись, своего коника!»
Я последовала ее примеру. Пришлось насобирать травы и всем соседним лошадкам, чтобы им было не обидно. Надо ли, говорить, что к этому времени Серый, уже брал траву из рук человека с огромным удовольствием.
  max Макс, решив в ночи отойти от костра на пару метров, неожиданно заголосил. Прибежав спасать Макса, мы обнаружили обнаженное изваяние, поющее на все голоса:
«А-а-АА – аааа – Аааа - что эточто то?».
Оказалось, что он наткнулся на, мирно спящего в траве - кулика, напугав его, себя и нас дикими криками. Перепуганный Макс кричал, как сирена, а не менее напуганный кулик спутал время суток и стороны света, и начал упорно бросаться прямо на освещенную палатку, пугая при этом, всех остальных.
  Дождь не утихал. Поплыли люди в непромокаемых палатках. Ночью происходила эвакуация пострадавших в более благоприятные районы.

8 августа.
Последний день в горах.
  Утро. Туман. Погода переменчивая, настроение тоже. Маргоша, вдруг, вспомнила свою «гребанную школу». На всех нахлынули воспоминания. Макс, вспомнил своего преподавателя, известного ныне дирижера – Турецкого, с его коронной фразой:
  «Вы - пиездарности! Полные пездарности!»
   Дорога обратно на базу. Лошадки, почувствовав конец страданиям, идут значительно веселее – практически непрекращающиеся скачки.
  На привале, оставив Серого пастись, я ушла искать, так сильно любимую им, траву. К моему немалому удивлению, Серый сам подошел ко мне (на характерный звук выдергивания травы) и, остановившись рядом, стал терпеливо выжидать, когда я дам ему заслуженное лакомство. Хотелось, хоть таким образом, отблагодарить его за непосильный труд.
  Мы уходили из неприступных гор. Всю дорогу над нами парил орел, будто бы провожая нас.  Конечно, у него были другие цели, о чем мы вскоре узнали. Он охотился.
  orel Незабываемое зрелище – совершенно изменившись в размерах и формах (впереди орла летели мохнатые лапищи), он камнем падал вниз, выпуская огромные когти. Драйв, адреналин и чистый восторг!
  Приехав на базу, мы простились с необыкновенными и полюбившимися нам, верными и выносливыми монгольскими лошадками, с нашими бесстрашными, никогда неунывающими и заботливыми проводниками – монголами. Немного грустно…
  Обратное джип-сафари в Ханх, сидя в кузове на наших седлах, я едва перенесла, видимо, отвыкнув от такого эХтримального средства передвижения.
  На базе, монголы решили снова спасать нас от голода. Дорджи, радостно встретив, щедро угощал монгольскими чебуреками, обещая на вечер праздничный ужин. Национальное блюдо – «хорхог», это - приготовленная на костре баранина, слоеная раскаленными камнями. Это тоже было, что-то необыкновенное. Мясо, которым можно было кормить отряд солдат, не один день, закончилось!
  Последняя ночь в Монголии. Мы сидели на берегу горного озера и любовались ночным небом. Над нами был высокий небосвод в виде гигантского купола, до самого горизонта, сплошь усыпанный звездами. Через все небо, огромной дугой простирался Млечный путь, от края и до края. И непривычно большие, яркие звезды над озером. Когда они падали, казалось, что летят прямо на нас и тают в ночном небе, совсем немного не долетая до земли. Звезды, словно в зеркале отражались в воде. Их становилось больше в несколько раз. Забыв обо всем, мы окунулись в полное звезд, ледяное озеро.
С белым пером в волосах, словно языческий бог,
Ты прыгнул в небо, в гремящий грозами поток.
Ты упал со стоном, опаленный высотой,
На земле рожденный, снова должен стать землей.
 
1-8 августа 2005 г.
исп. слова М.Пушкиной из песни «Арии» «Беги За Солнцем»
Итог: На лошадях -  157 км (5 неполных ходовых дней), на машине – 36 км в одну сторону.  Всего наш путь – 229 км.

Далее Байкал.
Вернуться на главную
В начало раздела
Другие отчеты